Главная страница

7. Л. Доп. Хр. Антр. АСИ. 7. Л. Доп. Хр. Антр. 7. аси. Христианская антропология. Человек во христе. Сотериология


Скачать 271 Kb.
Название7. аси. Христианская антропология. Человек во христе. Сотериология
Анкор7. Л. Доп. Хр. Антр. АСИ.doc
Дата23.04.2018
Размер271 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файла7. Л. Доп. Хр. Антр. АСИ.doc
ТипДокументы
#4742

Подборка по базе: Загрязнение окружающей среды и здоровье человека.docx

7. АСИ. Христианская антропология. ЧЕЛОВЕК ВО ХРИСТЕ. СОТЕРИОЛОГИЯ

Оглавление


Оглавление 1

Спасение человечества во Христе 1

Господь Иисус Христос есть Человек безгрешный 2

Безупречные страсти 3

Уничижение Господа: добровольность и необходимость 3

Уничижение Господа: Крестная Жертва – центральное событие Спасения 4

Благодать. Принцип синергии. 5

Греховная страсть и ее становление в природном и личном аспекте. 7

Развитие страсти в личном плане 8

Учение о восьми страстях в человеке. 10

Основные духовные средства борьбы с каждой страстью. 13


Спасение человечества во Христе


Грех в православном понимании — это не преступление или оскорбление в юридическом смысле, а прежде всего БОЛЕЗНЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ, ее повреждение. Поэтому спасение здесь мыслится как освобождение от болезни, исцеление и преображение человека. Православное богословие не считает возможным свести Спасение к некоему мгновенному акту. Вся земная жизнь Спасителя, от момента Воплощения до Вознесения, имеет спасительное значение. Каждое событие земной жизни Господа является исполнением предыдущего и без него невозможно. Сщмч. Ириней Лионский сформулировал фундаментальный СОТЕРИОЛОГИЧЕСКИЙ ПРИНЦИП ПРАВОСЛАВНОГО БОГОСЛОВИЯ, согласно которому Бог «сделался Тем, что и мы, дабы нас сделать тем, что есть Он» «. Цель пришествия Христа в мир - соединить человека с Богом таким образом, чтобы каждый из нас мог стать «причастником Божеского естества»(2 Пет. 1, 4). Только в соотношении с этой конечной целью может быть правильно понято учение о Спасение.

Свт. Афанасий Великий пишет так: «Покаяние не выводит из естественного состояния, а прекращает только грехи». Т.е. покаяние очищает от личного греха, помогает человеку бороться с этим грехом, помогает ему жить более верно, но само состояние человека, его природы как таковой остается прежним. Он может меняться нравственно, быть лучшим, худшим, может даже достигать большой высоты святости, но ПРИРОДА же его остается той же поврежденной, способной в любой момент «подставить ножку» человеку. Вот почему требовалось не очищение от греха, оно происходило.

Жертва Христа была не на то нацелена, не очищение от личных грехов, оно имело место, а на более фундаментальное, на то, из чего проистекают наши грехи, на ИСЦЕЛЕНИЕ САМОЙ ПРИРОДЫ. Для этого Бог воспринял поврежденную природу для того, чтоб это повреждение, эти последствия первородного грех был исцелен, был уничтожен. Чтоб ЧЕЛОВЕК ЧЕРЕЗ ЭТО ИСЦЕЛЕНИЕ, восстановление МОГ ВОЙТИ В ПОЛНОЕ ЕДИНЕНИЕ С БОЖЕСТВОМ, то единение к которому человек и призван, от начала своего творения.

Христос восстановил в Самом Себе ту человеческую поврежденную природу, которую воспринял в Боговоплощении. Этим самым ОН СТАЛ НАЧАТКОМ НОВОГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, как пишет апостол Павел, Он стал вторым Адамом, ибо от первого Адама мы все рождаемся стихийно, по законам, присущим живой твари, это от второго Адама-Христа так же имеется возможность рождения, но другого рождения и другим способом. Это рождение носит характер уже внутренний или духовный. Свт. Афанасий Великий: «Поскольку естество человеческое претерпев изменения оставило правдой и возлюбило беззаконие, Единородный сделался человеком, чтобы в Себе Самом исправить сие, внушить естеству человеческому любить правду и ненавидеть беззаконие». Прп. Максим Исповедник пишет: « Он был не просто человек, а Бог вочеловечевшийся для того, чтобы чрез Себя и в Себе обновить естество человека».

Господь Иисус Христос есть Человек безгрешный


Это отличие Господа Иисуса Христа от нас по человечеству является следствием Его сверхъестественного рождения. Вследствие грехопадения прародителей все рождающиеся люди находятся под властью первородного греха. Если бы Христос родился естественным образом, то он также был бы заражен грехом и находился бы, как и прочие человеки, во власти смерти и диавола. Тогда каким же образом Он мог бы освободить от их тирании все падшее человечество? Кроме того, подлинное соединение Божества и человечества во Христе в таком случае было бы невозможно. Божественная жизнь и грех — несовместимы, Бог не может соединиться со злом, зло и грех не могут стать содержанием Божественной личности, ибо «Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин. 1, 5). Освободиться от греховного состояния собственными силами для человека невозможно, он попадает в замкнутый круг: для освобождения от греха человеку необходимо воссоединиться с Богом, но это воссоединение оказывается невозможным именно в силу его греховности. Вследствие сверхъестественного рождения этот порочный круг разрывается, единым действием Бог и освобождает человечество от власти первородного греха и воссоединяет его с Собой. «Сын воплощается для того, чтобы восстановить возможность соединения человека с Богом... Первое препятствие к этому соединению - разлучение двух природ, человеческой и Божественной — устранено самим фактом воплощения»1.

Господу Иисусу Христу также была свойственна и совершенная личная безгрешность. За все время Своей земной жизни Господь не совершил ни одного греховного действия и был свободен от всякой внутренней греховности. Евангельское повествование свидетельствует, что у Христа, несомненно, было сознание собственной безгрешности. Так, враждебно настроенных по отношению к Нему иудеев Господь спрашивает: «Кто из вас обличит Меня в неправде?» (Ин. 8, 46). Накануне страстей Он говорит ученикам: «Идет князь мира сего и во Мне не имеет ничего» (Ин. 14, 30), то есть не имеет ничего темного, сродного себе, что диавол мог бы рассматривать в качестве своего, ему принадлежащего. Многократно призывая всех к покаянию, Христос Сам никогда не чувствовал нужды в покаянии. Нигде в Евангелии нет и намека на то, что Христос в чем-то раскаивался, сожалел о содеянном; чувство личной виновности не было свойственно Ему ни в какой степени. О безгрешности Спасителя говорится и в Ветхом Завете, в мессианском пророчестве Исайи: «Он не сделал греха и не было лжи в устах его» (Ис. 53, 9). Об этом же единодушно свидетельствуют и свв). апостолы: «Он не сделал никакого греха» (1 Пт. 2, 22). «В Нем нет греха» (1 Ин. 3, 5). «Не знавшего греха Он сделал за нас жертвою за грех» (2 Кор. 5, 21).

Безупречные страсти


Однако по учению Православной Церкви, Господь по Своему человечеству не был свободен по отношению к последствиям грехопадения, то есть той совокупности ограничений, которые были наложены на человеческое естество вследствие преступления прародителей. Спаситель воспринял безгрешную человеческую природу, однако не в том состоянии, в каком она была присуща первозданному Адаму, но СВОБОДНО ПОДЧИНИВ Себя по человечеству последствиям грехопадения, дабы «во всем уподобиться братиям» (Евр. 2, 17). В святоотеческом богословии эти последствия греха называются естественными или безупречными страстями. Св). Иоанн Дамаскин пишет: «Естественные же и безупречные страсти суть не находящиеся в нашей власти — те, кои при взошли в человеческую жизнь, вследствие осуждения за преступление, каковы — голод, жажда, утомление, труд, слезы, тление, уклонение от смерти, боязнь, предсмертная мука, от коей — пот, капли крови... и подобное, что по природе присуще всем людям»

Уничижение Господа: добровольность и необходимость


Афанасий Великий говорит: «Бог спасает нас не без нас». Без нашего произволения, человеческой свободы не возможно спасение. Но мы поставим немного другой вопрос. Почему Бог не исцелил человеческую природу, просто Своею властью, Своим Всемогуществом? Отвечая на него Нужно учесть, что все то что существует, весь тварный мир, является ничем-то чуждым Богу, а является ничем иным как образом Божественных свойств. Например, как мы о художнике, о писателе судим по его творениям, по его сочинениям, и говорим тут человек себя выразил, в этой музыке, лирики, этих картинах, так мы говорим что и Бог выразил Себя в Своем творении. Не случайно ап. Павел пишет, что на основании рассмотрения творения Божьего, мы можем говорить о Его Премудрости Божией. Так оказывается, всё тварное есть выражение от свойств Божиих, все законы нашего тварного мира, опять таки, обладая тем же самым характером и свойством.

И вот один из этих законов, который присутствует при нашем мире и свидетелями которого мы всегда и постоянно являемся, заключается в том, что любое разрушение чего-то требует для своего восстановления усилий, часто подвига, часто страданий, иногда смерти. Все зависит от того, о чем идет речь, о каких явлениях, закон некий, восстановление, возвращение к добру ТРЕБУЕТ ПОНУЖДЕНИЯ, этот принцип хорошо выражен в Евангелии: «От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф.11,12) Царство Божие приобретается усилием, Царство Божие это благо, вечное благо. Любое благо приобретается усилием, спасение требует подвига, это закон, являющийся отражением Божественных свойств.

Этот закон проистекает от Бога, и по этому закону восстановление человеческой поврежденной природы не могло совершиться без ПОДВИГА, подвига осуществленного в той человечности, которая была повреждена. Вот этот ПОДВИГ для нас выразился в Боговоплощении в кèнозисе (греч.) (истощание Себя Божеством), наконец в кресте, в страданиях и смерти. Вот почему требовался подвиг, а не простой акт всемогущества, оно и понятно. Если бы Бог мог Своим Всемогущим Словом это сделать, тогда Он мог не допустить и первого греха, и тут же сразу возвратить все на свои места

Но, то что даром дается способно развращать, поэтому, Спасение человечества во Христе не могло совершиться автоматически, с насилием над человеческой природой, с устранением человеческой свободы. Спасение предполагает ИЗМЕНЕНИЕ ОБРАЗА БЫТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ, но такое изменение не может быть навязано человеку извне, не может осуществиться помимо его собственного свободного выбора, ибо праведность, не обусловленная сознательным и свободным выбором, не имеет пред Богом никакой нравственной ценности.

Таким образом,этот ПОДВИГ исцеления человеческой природы:

  1. с одной стороны является осуществлением незыблемого закона бытия,

  2. с другой стороны является прямым указанием всем людям на то, как и мы можем исцеляться таким же путем, путем именно понуждения, подвига, ибо Царствие Божие нудится.



Уничижение Господа: Крестная Жертва – центральное событие Спасения


Крестная смерть – это завершение кèносиса, т. е. истощания и самоуничижения Божества). «Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба)... смирил Себя, быв послушным даже до смерти и смерти крестной...» (Флп. 2, 6-8). По ап. Павлу, КРЕСТНАЯ СМЕРТЬ – это предел послушания, ради которого Сын добровольно Себя уничижает, отказываясь от всякой Божественной власти и Божественных почестей.

ГРЕХОПАДЕНИЕ по факту СОСТОЯЛО В ПРЕСЛУШАНИИ: Адам нарушил Божественную заповедь, и это привело к рассогласованию воли человеческой с волей Божией. Искупление означает обратное движение, возвращение в то состояние, из которого выпал Адам, что возможно только на пути абсолютного послушания Богу. Путь послушания, который должен был пройти Господь по Своему человечеству, предполагал принятие всех последствий нашей падшести вплоть до смерти.

ПО ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ Христос претерпевает все искушения, которые только может претерпеть человек и которые влекут человека ко греху, но все эти искушения Господь преодолевает, побеждая их не только силою Своего Божества, но и при участии Своей человеческой воли, свободно подчиняющейся воле Божественной.

Явив абсолютное послушание Отцу, Христос приводит Свою человеческую волю в совершенное единение с волей Божией, преображает Свою человеческую жизнь в сопричастность Божественной любви и свободное подчинение Божественной воле. По словам св. Иоанна Дамаскина, Христос «становится послушным Духу, врачует наше непослушание принятием того, что подобно нам и от нас, и делается для нас примером послушания»2. Воздержанием, долготерпением и любовью Христос отразил и преодолел все искушения, и явил в Своей жизни всяческую добродетель и премудрость... Это нетление воли закрепляется позже нетлением естества, то есть воскресением»3, пишет прот. Г. Флоровский.

С христианской точки зрения воскресение Христово увенчивает тот процесс кэносиса, лучше сказать, тот процесс подвига, который Бог - слово воспринял на Себя. воскресением побеждена в принципе, в самой основе, в той человеческой природе, которую воспринял Христос - смерть - то страшное и ужасное, что поразило человечество

Благодать. Принцип синергии.


Дар свободы как одна из определяющих черт человека никогда не подавляется Богом. Царство Божие – это Царство любви, и туда Бог никого не вводит насильно. Спасение совершается только при условии добровольного согласия человека и наличии его собственных сознательных волевых усилий. Спасение человека совершается только при добровольном согласованном действии воли человеческой и воли Божией. Этот духовный принцип называется принципом синергии или соработничества и лежит в основании духовной жизни человека. Слово «синергия» (συνεργία) встречается в Священном Писании и обозначает сознательное соработничество, сотрудничество личностей в достижении общей цели: мы соработники у Бога, – говорит апостол Павел (1 Кор. 3, 9).

В духовном плане словом «синергия» обозначается важнейший принцип духовного взаимодействия Бога и разумных тварей. Суть его в том, что Бог при всем Своем всемогуществе, премудрости и силе, управляя миром посредством Своей благодати, совершает спасение людей только при их свободном и сознательном обращении к Нему. То есть когда воля Божия и воля человеческая совпадают в направлении своего движения и действия. Воля человеческая, – говорит прп. Макарий Великий, – есть как бы существенное условие. Если нет воли, то Сам Бог ничего не делает, хотя и может по свободе Своей. Посему совершение дела Духом зависит от воли человека4.

Реализация принципа синергии в общении человека с Богом возможна при наличии трех условий: 1) вера в Бога и Его благодатную помощь; 2) сознательное и добровольное желание жизни с Богом; 3) поступки, дела для осуществления воли Божией.

Опыт православного подвижничества позволяет обнаружить особенности содействия Божественной и человеческой воль на разных этапах духовной жизни. Учение о том, что благодать и человеческое произволение не находятся в причинно-следственной связи, не отрицает, что на определенных этапах духовной жизни, так сказать, «ведущей компонентой» синергии может оказаться то воля Божия, то воля человеческая. Конечно, они по своему действию несоизмеримы, но «ближайшие задачи развития» в духовной жизни определяются то Божественной благодатью, то человеческим произволением. В соответствии с этим свт. Феофан Затворник описывает четыре этапа духовной жизни.

Первый этап относится ко времени, когда человек находится еще вне благодатного богообщения, т.е. вне Церкви. Это не означает ни отсутствия благодати, ни полной духовной слепоты человека). Напротив, в человеке появляются духовные искания и стремления к Богу. Бог содействует и помогает человеку на пути его духовных исканий. В этот период богообщение можно назвать мысленным, поскольку оно заключается прежде всего в том, что человек, при содействии благодати, изменяет свои взгляды, начинает осознавать свое отношение к Богу. Мера богообщения еще недостаточна). Бог находится как бы вне человека, а человек - вне Бога [25]. Говорить о том, что в этом поиске является ведущим, довольно трудно - Божественная и человеческая воля слишком еще далеко отстоят друг от друга).

Для достижения реального богообщения человек должен присоединиться к Церкви либо посредством таинства крещения, либо посредством таинства покаяния, если был крещен, но отошел от Церкви. С момента воцерковления начинается второй этап, когда «Господь благодатью Своею входит внутрь человека, живо сообщается с ним и дает ему вкусить всю сладость Божества, так обильно и ощутимо, как свойственно совершенным» [26]. На этом этапе божественное действие на человека характеризуется особым излиянием благодати, никак не соразмерной с усилиями человека). «Ведущей компонентой» синергии является действие Бога). Однако затем, на третьем этапе, Бог «опять скрывает сие явление Своего общения, только по временам возобновляя его - и то легко, как в отражении только, а не в подлиннике, оставляя человека в неведении о Себе и Своем в нем пребывании...» [27]. Это делается для того, чтобы человек упражнял свою волю в добродетели, совершенствовался в добре. На этом этапе Бог испытывает произволение человека и как бы скрывает Себя (хотя и не оставляет Своего Промысла и покрова) - ведущей компонентой синергии на этом этапе является деятельность и воля человека).

Наконец, на последнем этапе «Господь осязательно являет Свое вселение в дух человека, который тогда становится храмом преисполняющего его Триипостасного Божества» [28]. Это - этап согласия и теснейшего единства Божественной и человеческой воль, здесь снова оказывается невозможно выделить «ведущую компоненту», - но уже потому, что воля Бога и воля человека находятся в неразлучном единстве.

Греховная страсть и ее становление в природном и личном аспекте.


Вследствие повреждения нашей человеческой природы, первородным грехом, произошло искажение наших внутренних свойств, наше доброе по своей природе свойство, оказались глубоко искаженными, гнев на зло превратился в гнев на человека). Зависть, т.е. как стремление к святыни, зависть как доброе чувство стремления к идеалу, превратилось в злое чувство по отношению к тому, у кого лучше, чем у меня. Такое искажение нравственных чувств, проф. Осипов называет греховными страстями, он так и говорит, что страсти – это искаженные добродетели. Греховные страсти неразрывно, через волю связаны с естественными страстями т. н. тленностью, это голод, необходимость считаться с погодными условиями, защищаться от возможных стихийных бедствий, все это приводит к зависимости человека от внешнего мира).

Что в корне не совпадает с положением человека до грехопадения, когда отношение человека к миру описывалось прежде всего с точки зрения энергии и природной воли, т.е. активного проявления человеческого естества вовне, то в новых условиях это отношение описывается, скорее, с точки зрения потребностей, которые, по определению, и выражают зависимость человека от мира).

Появление потребностей в совокупности с растленным человеческим произволением, которое стало стремиться к наслаждениям, находящимся вне человека, приводит к изменению поведения человека).

Действие человека вынуждается окружающей его обстановкой, появляется страсть которая, включает в себя простое страдательное состояние организма, т.е. «телесную страсть» или «естественную страстность».

Однако кроме такой - телесной - страсти имеются еще и душевные страсти как некоторые страдательные состояния души. Эти особые страдательные состояния души составляют понимание страсти в узком смысле этого слова, так обычно понимается страсть в святоотеческой аскетике: «Греховное расположение, иначе греховная склонность, страсть - есть постоянное желание грешить известным образом, или любовь к греховным каким-нибудь делам или предметам. Так, например, рассеянность есть постоянное желание развлечений, или любовь к ним5».

Страсть имеет место тогда, когда, например, тело и душа человека вынужденно ведутся к действию гневом; иначе говоря, сам гнев является «иным», воздействующим на тело и душу человека). Таким образом, существо может действовать двояким образом: либо в соответствии со своей природой - «по энергии», - в таком случае существо движется «само от себя», либо по страсти, - тогда источником действия является нечто неестественное, не соответствующее природе. Противопоставление «по энергии» - «по страсти» является ключевым моментом в понимании страсти.

Свобода - основная характеристика человеческой личности, а страсть, - это несвободное поведение или, по крайней мере, ограничение свободы. Но не всякое несвободное поведение есть грех: человек в тюрьме несвободен не потому, что он грешник, а потому, что он в тюрьме. Как отличить поведение по страсти от «вынужденной несвободы»? Тут следует обратиться к святоотеческим представлениям о предмете страсти:

Развитие страсти в личном плане6


  1. «Прилог есть простое слово, или образ какого-нибудь предмета, вновь являющийся уму и вносимый в сердце; Сознание и свобода прямо не участвуют в возникновении прилогов, поэтому в их появлении еще нет греха. Прилог – это пробный камень для личности человека. От того, как он к нему отнесется, зависит его последующая духовная жизнь.

  2. Сочетание (сдружение, сдвоение) есть собеседование с явившимся образом, по страсти или бесстрастно; Сочетание с помыслом греховно, но если человек понял свою оплошность и с помощью Божией отверг его, устранив от него внимание, то ему прощается этот грех.

  3. Соизволение (сосложение) же есть согласие души с представившимся помыслом, соединенное с услаждением; Состояние «соизволения» греховно и уже является предметом для исповеди, даже если грех не был осуществлен по каким-то причинам. На этом этапе все три силы души уже пленены, и только дух, через голос совести, еще может указать человеку, что его решимость обращена на грех и смертельно опасна.

  4. Борьба (πάλη). Борьбою называют равенство сил борющего и боримого в брани, где последний произвольно или побеждает, или бывает побеждаем. Борьба возникает, если нравственные установки человека не соответствуют возникшему греховному намерению. Внутренняя борьба идет между увлеченной во грех личностью и ее совестью. Личность, очарованная страстным помыслом, на этом этапе пытается заглушить внушения совести.

  5. Пленение есть насильственное и невольное увлечение сердца, или продолжительное мысленное совокупление с предметом, разоряющее наше доброе устроение... Если этап борьбы завершился личным поражением человека, то наступает пленение – когда, не имея внутренних препятствий, человек полон решимости совершить грех. Все силы его души и тела устремлены ко греху. На этом этапе человека могут оградить от греха только внешние обстоятельства – отсутствие предмета греха или средств для его осуществления.

  6. Совершение греха (παράπτωμα, παράβασις). На этом этапе грех, возникший из помысла, становится грехом в действительности, осуществляется на деле, как бы материализуется в поступке и запечатлевается в душе как некая духовная рана или грязное пятно.

  7. Навык (ἕξίς). Если человек часто совершает однотипные грехи, пользуясь любым представившимся случаем, то это называется греховным навыком. Осуществление греха определенного вида становится характерной чертой данного человека.

  8. Страстью называют уже самый порок, от долгого времени вгнездившийся в душе, и через навык сделавшийся как бы природным ее свойством, так что душа уже произвольно и сама собою к нему стремится»7. То есть греховная страсть не является естественным элементом человеческой природы, но если она укоренилась через навык, то действует и требует удовлетворения по подобию естественных свойств и даже стремится занять первое место среди них. Например, при алкоголизме употребление спиртных напитков становится важнее семьи, работы, нормального питания, одежды и т. д.

  9. Смерть (θάνατος). Греховные страсти значительно ускоряют процессы тления, то есть разрушения человека, которые завершаются его физической смертью. В состоянии духовной смерти человек оказывается уже на пятом этапе – «пленения». Смерть же телесная, если она не является результатом самоубийства, наступает, когда человек исчерпал свои личные возможности для духовного роста, ибо земная жизнь – это подготовка к вечности. Бог видит, что для этого человека смысл его земного существования исчерпан, поэтому повелевает душе отделиться от тела и перейти в мир иной

Духовно оценивая каждый этап развития греховной страсти, прп. Иоанн Лествичник замечает следующее: Из всех сих первое безгрешно; второе же не совсем без греха; а третье судится по устроению подвизающегося; борьба бывает причиною венцов или мучений; пленение же иначе судится во время молитвы, иначе в другое время, иначе в отношении предметов безразличных, то есть ни худых, ни добрых, и иначе в худых помышлениях. Страсть же без сомнения подлежит во всех, или соразмерному покаянию, или будущей муке; но кто первое (то есть прилог в мысли) помышляет бесстрастно, тот одним разом отсекает все последнее8.

Учение о восьми страстях в человеке.


В духовной жизни Православной Церкви с IV века по сей день широко используется восьмичастная классификация греховных страстей различающихся главным образом по своему предмету: 1. чревоугодие (γαστριμαργια, gula), 2. блуд (πορνεία, stimulus camis), 3. сребролюбие (φιλαργυρία, cupiditas), 4. гнев (όργη, indignatio), 5. печаль (λύπη, tristitia), 6. уныние (άκηδία, acedia), 7. тщеславие (κενοδοξία, inanis gloria) и 8. гордость (ύπερηφανία, superbia).


  1. Предметом страсти чревоугодия является пища). При страстном отношении к ней она принимается не ради удовлетворения естественной потребности, а по чувству сластолюбия. Имеет три основные формы проявления: а). принятие пищи вне определенного распорядка, б). пресыщение и в). желание изысканных блюд

  2. В основе страсти блуда лежит извращение сексуальной потребности человека). Как правило, предметом страсти являются лица противоположного пола). Различаются три вида блуда: а). излишество в гетеросексуальных контактах (внебрачное сожительство - любодеяние - и супружеская измена или прелюбодеяние), б). мастурбация, в). эротические фантазии и пр.

  3. Сребролюбие есть ненасытимое стремление к приобретению денег, имущества и вообще всяких материальных благ. Можно выделить три рода сребролюбия: а). стремление не отдать имеющиеся материальные блага, б). стремление возвратить или компенсировать утрату благ и в). стремление к приобретению нового. Эта страсть, по замечанию прп. Иоанна Кассиана Римлянина, не имеет в человеке природного начала, т.е. определенной потребности, на базе которой бы развивалась эта страсть

  4. Гнев представляет собой агрессию, проявляемую при появлении фрустрирующих обстоятельств с целью их устранения. Различают три степени проявления гнева: а). состояние аффекта, б). поведение, вызванное аффектом (выражающееся в ругательствах, угрозах и агрессивных действиях) и злопамятность – в). аффективное расстройство, состоящее в сохранении, как бы «консервации» аффекта довольно длительное время после устранения вызвавшей аффект ситуации. у Исаака Сирина есть замечательный пример о гневе, когда он говорит: «Гнев – это же то неотъемлемое, необходимое, прекрасное свойство человеческой природы, благодаря которому, человек может отсекать всякое зло, как пес на страже дома). Но, страсть гнев на зло превращает в гнев на человека выражающийся в ругательствах, угрозах и агрессивных действиях излопамятности.

Иоанн Златоуст учит как бороться с гневом, который может стать добрым учителем: «Ты гневлив? Будь таков по отношению к своим грехам, бей свою душу, бичуй свою совесть, будь строгим судьей и грозным карателем своих собственным грехов. Вот польза гнева; для этого Бог и вложил его в нас»9. Также гнев может сделать и самого человека прекрасным педагогом: «Мы часто гневаемся на детей, - говорит свт. Иоанн,- удержим здесь гнев, чтобы нам легко было обуздать его перед друзьями (а затем и перед врагами)10.

  1. Печаль как страсть проявляется в мрачной, безнадежной тоске и состоянии бездеятельности. Если в вышеперечисленных страстях предмет страсти притягивал к себе, то при печали он отталкивает от себя человека). Выделяют два основных вида этой страсти:

а). печаль по прекращении проявлений гнева как закономерное истощение психических сил организма (возникающее в результате сильного аффекта), и

б). печаль вызванная фрустрацией11

  1. Уныние является развитием патологических процессов, определяемых страстью печали, до такой степени, что целенаправленное усилие, связанное с работой над собой и организацией собственной жизни, отвергается, поскольку кажется невыполнимым, немыслимым, бесполезным и бесплодным.

  2. Тщеславие Замечательное определение тщеславия дает прп. Иоанн Лествичник: «Тщеславие - изменение естества, развращение нравов, наблюдение укоризн».

«Изменением естества» Лествичник называет тщеславие потому, что человек постоянно делает насилие над собой, чтобы показаться в угоду окружающим не таким, каков он есть на самом деле.

«Развращение нравов» связано с тем, что объективной морали такой человек не признает: он ситуационно ориентируется на те нормы, которые приняты группой в которой он находится в настоящий момент.

«Наблюдение (т.е. повышенное внимание) укоризн» происходит у такого человека потому, что ему оказывается сверхважным, что о нем думают другие (особенно в отрицательном смысле).

  1. Гордость представляет собой патологически преувеличенное представление о собственной самостоятельности, самодостаточности и независимости не только от социума, но и от Бога [Таким образом, предметом страсти является сам человек и именно его качества и высокое достоинство. В отличие от страсти тщеславия, высокая самооценка такого человека не основывается на социальном одобрении, а переживается индивидом как объективный факт, независящий от социума)12.


Связи между страстями и их взаимодействие

В рамках представленной восьмичастной схемы святые отцы делают и более тонкие различения, а также указывают на связи между страстями и их взаимодействие, объединяют страсти по тем или иным признакам. Например, прп. Иоанн Кассиан группирует их таким образом:

прп. Иоанн Кассиан Римлянин. Классификация страстей.

телесные

душевно-телесные

душевные

  1. чревоугодие

  2. блуд

  1. сребролюбие,

  2. гнев,

  3. печаль

  4. уныние

  1. тщеславие

  2. гордость

ЗАМЕЩЕНИЕ

Душевные страсти могут противостоять телесным и душевно-телесным, то есть умаление одних может приводить к росту других.
Страсти образуют между собой четыре причинно-следственные пары:

  1. чревоугодие → блуд

  2. сребролюбие → гнев

  3. печаль → уныние

  4. тщеславие → гордость.

Восьмичастную классификацию греховных страстей применяли такие великие подвижники как прп. Ефрем Сирин, прп. Иоанн Кассиан Римлянин, Евагрий Понтийский, прп. Иоанн Лествичник, прп. Нил Синайский и др. На Западе эта классификация была воспринята позднее и переработана в учение о семи смертных грехах.

КАТОЛИЧЕСКОЕ КЛАССИФИКАЦИЯ СТРАСТЕЙ

В 590 году папа Григорий Великий пересмотрел восьмичастную классификацию страстей, сведя печаль к унынию, тщеславие к гордыне, добавив зависть.

В результате получился следующий список:

  1. luxuria (похоть),

  2. gula (обжорство),

  3. avaritia (алчность),

  1. acedia (уныние),

  2. ira (гнев),




  1. invidia (зависть),

  2. superbia (гордыня).





Эти семь страстей и стали именоваться на Западе семью смертными грехами.

Восточные святые отцы также очень негативно относились к гордыне и её «дочери» - зависти, так Свт. Тихон Задонский пишет: «Корень и начало зависти есть гордость». «Зависть равносильна убийству: это причина первого человекоубийства, а потом и богоубийства» пишет свт. Григорий Палама. А вот как описыват зависть свт. Свт. Иоанн Златоуст:

«О, зависть-корабль осмоленный, адский, гибельный! Твой владелец-диавол, кормчий-змий. Каин-главный гребец. Ди-авол дал тебе в залог бедствия; змий, будучи кормчим, привел Адама к смертному кораблекрушению; Каин-старший гребец, потому что из-за тебя, зависть, он первый совершил убийство. У тебя от начала мачтою служит райское древо преслушания, снастями-ветви грехов, матросами-завистники, корабельщиками-демоны, веслами-хитрости, рулем-лицемерие. О, корабль-носитель бесчисленных зол! ... Там живет вражда, ссора, обман, сварливость, ругань, злословие, хула и все, что только мы ни назовем и чего ни опустим злого,-все это носит адский корабль зависти. Потоп не в силах был поглотить этот корабль, но Иисус потопил его силою Духа, источником Крещения. В этом корабле были и якоря, но они переплавлены в гвозди для Христа; в этом корабле была и мачта, но диавол вырубил из нее Крест; в этом корабле были и снасти, но ими удавился Иуда. В этом корабле иудеи наткнулись на скалу, потерпели крушение в вере и потому доныне плавают в глубине неведения. Впрочем, те из них, которые в силах ухватиться за Христово судно, спасаются; остальные погибают горькою смертью неведения»13.

В святоотеческих творениях мы находим и другие варианты систематизации страстей.

Прп. Авва Дорофей предлагает учение о трех важнейших страстях, из которых происходит все многообразие иных. По его мнению, главные страсти суть («3 – С»)

1. самолюбие, 2. сребролюбие и 3. славолюбие. И все отцы говорят, что каждая страсть рождается от сих трех: от славолюбия, сребролюбия и сластолюбия14.

Авва Фалассий учит, что в основании всех греховных страстей находятся три помышления: чревоугодие, тщеславие и сребролюбие, но в основе всего – себялюбие: Себялюбие – начало страстей15.

Прп. Максим Исповедник группирует страсти, различая среди них телесные и душевные: Первые – из желаний тела, а вторые от раздражительной и желательной части души, и вызываются внешними предметами16.

Основные духовные средства борьбы с каждой страстью.


Страсти, по учению святых отцов, есть извращённые добродетели. Поэтому цель человеческой жизни, через духовное делание не допустить произойти вышеупомянутому извращению, а в случае осуществления оного, попытаться исправить сложившуюся ситуацию. При этом следует сказать, что борьба со страстями очень сложна и возможна только при глубоком покаянии и благодатной помощи свыше. Рассмотрим этот процесс подробнее
1. Чревоугодие. Эта страсть, по учению прп. Иоанна Лествичника17, имея естественное основание, развивается от привычки угождать себе, самолюбия, сластолюбия, жестокосердия и утраты страха Божия. Побеждается она сокрушением о своих грехах, памятью о смерти, постом и воздержанием. Власть человека над своим чревом дает не только телесные, но и духовные плоды: Когда чрево утесняется, тогда смиряется и сердце; если же оно упокоено пищею, то сердце возносится помыслами18;

2. Блуд. Борьба с этой страстью, по учению прп. Иоанна Лествичника, весьма тяжела и продолжается всю жизнь: С новоначальными телесные падения случаются обыкновенно от наслаждения снедями; со средними они бывают от высокоумия, и от той же причины, как и с новоначальными; но с приближающимися к совершенству они случаются только от осуждения ближних19. Основные средства против страсти блуда: хранение чувств, особенно зрения и осязания, коленопреклонение, труд, молитва, бдение, воздержание в еде и в других удовольствиях, кротость, послушание, исповедь, но главное среди них – смирение.

3. Сребролюбие. Прп. Иоанн Лествичник учит, что появляется эта страсть от самолюбия, сластолюбия и маловерия, а побеждается памятью о смерти, послушанием, нестяжательностью, понуждением себя к милостыне, надеждой на Бога и Его Промысл.

4. Гнев. Эта страсть, по учению прп. Иоанна Лествичника, возрастает от различных телесных и душевных грехов, но более всего от гордости. Гневу особо содействуют чревообъядение, сребролюбие, блуд и тщеславие. Опасность этой страсти в том, что она за несколько секунд может полностью духовно опустошить человека и сделать его уязвимым для демонов. Авва Дорофей учит: Раздражение есть дым, который возбуждает и ослабляет сердце. Нужно потушить этот небольшой уголь, чтобы не вышло возмущение. Где нет гнева, там прекращается борьба. Кто удержал гнев, тот удержал демонов20. Средствами против страсти гнева являются послушание, терпение, смиренномудрие, кротость, нестяжательность.

5. Печаль. В святоотеческих творениях причиной греховной печали чаще всего считается многопопечительность, рассеянная жизнь, сребролюбие, гнев: печаль же есть унылость души и бывает следствием гневных помыслов. Раздражительность есть пожелание отмщения, и неуспех в отмщении порождает печаль21. В самом общем виде причиной печали являются неудовлетворенные страсти. Важнейшими средствами против нее являются молитва, духовное псалмопение, надежда на Бога, исповедь, активное участие в богослужении и церковных таинствах, а в общем – отсечение страстных пожеланий: Овладевший страстями овладел и печалью, а побежденный сластолюбием не избежит ее уз… Кто любит мир, тот много будет печалиться. А кто небрежет о том, что в мире, тот всегда будет веселиться22.

6. Уныние. Уныние часто происходит от тщеславия и печали, и человек обычно впадает в это состояние по следующим причинам:

1) когда наступает пресыщение прежними удовольствиями (это происходит быстро, ибо человек – существо ограниченное) и не удается найти новый источник наслаждения;

2) когда надолго или, может быть, навсегда человек разлучился с источником удовольствия, тогда все остальные греховные «радости» ему не милы;

3) из-за рассеянной и суетной жизни, которая лишена смысла: Уныние – от парения ума, а парение ума от праздности, чтения, суетных бесед или от пресыщения чрева23;

4) от продолжительных страданий;

5) от страха.

Все святые отцы отмечают, что борьба с этой страстью бывает очень тяжелой: из всех восьми предводителей злобы дух уныния есть тягчайший24. Основные средства борьбы с унынием, по учению прп. Нила Синайского, таковы: От уныния врачует постоянство, делание всякого дела с великою внимательностью и со страхом Божиим. Во всяком деле определи себе меру и не оставляй прежде, нежели кончишь, что назначено, также молись разумно и усиленно, и дух уныния бежит от тебя25.

7. Тщеславие. По мысли святых отцов, тщеславие – это страсть, которая в полной мере неистребима и может обнаружиться на всех этапах духовной жизни. Более того, при появлении духовных плодов у человека и сила ее нападений возрастает. Она называется духовным вором, потому что похищает все духовное сокровище человека. Происходит она от сластолюбия и самолюбия, а побеждается смирением, памятованием о своих грехах, самоукорением, уединением, бесчестием, отвержением похвал и мирской чести.

1 В.Н.Лосский Догматическое богословие. М.: Центр "СЭИ", 1991. http://mpda.developer.stack.net/data/808/628/1234/Dogmaticheskoe%20bogoslovie.pdf

2 Святоотеческое наследие. Св. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Книга 3. http://www.pagez.ru/lsn/0232.php

3 Георгий Флоровский. Византийские отцы V-VIIII веков. Преподобный Максим Исповедник. http://krotov.info/library/21_f/lo/vizan7.html

4 Макарий Великий, прп. Духовные беседы. Беседа 37, 10.

5 Свт. Феофан Затворник. Начертание христианского нравоучения. М., 1998. С. 167

6 Вчера было все понятно, а сегодня тревожит, тянет сердце, мучит... Но точно по словам молодого, 24-летнего Маркса, так часто цитируемым: «Идеи же, которые овладевают нашей мыслью, подчиняют себе наши убеждения и к которым разум приковывает нашу совесть, — это узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца, это демоны, которых человек может победить, лишь подчинившись им...». (ИВАНОВА Любовь Александровна Будущее в настоящем — жизнь и творчество Игоря Петровича Ива-нова. (главы из книги)

7 прп. Иоанн, игумен Синайской горы, Лествица, М. 1908, гл. 15, разд. 21

8 Иоанн Лествичник, прп. Лествица. Слово 15, 73.

9 Творения святаго отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского. СПДА ,1905г. т.11, ч.1 бес.2. стр. 124.

10 Творения святаго отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского. СПДА 1903г., т.9. стр. 271

11 Фрустрация — это состояние подавленности, вызванное потерей веры в собственные силы и возможности.

12 Д. Новиков. Христианская антропология. Эл. док. Путь доступа: http://do.gendocs.ru/docs/index-111907.html?page=6

13 Творения святаго отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского. СПДА ,1904г. т.10, стр. 855.

14 Авва Дорофей, прп. Душеполезные поучения. Поучение 12.

15 Авва Фалассий, прп. Capita Alia // PG 90, 1460.

16 МаксимИсповедник, прп. Capita de Charitate. Cent. III // PG 90, 1033.

17 Иоанн Лествичник, прп. Лествица. Слово 14, 36.

18 Иоанн Лествичник, прп. Лествица. Слово 14, 21.

19 Иоанн Лествичник, прп. Лествица. Слово 15, 20.

20 Авва Дорофей, прп. Душеполезные поучения. Поучение 2.

21 Нил Синайский, св. О восьми лукавых духах. О печали. Гл. 11 // Творения. – М., 2000. С. 127.

22 Там же.

23 Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические.

24 Иоанн Лествичник, прп. Лествица. Слово 13, 14.

25 Нил Синайский, св. О восьми лукавых духах. Об унынии. Гл. 14 // Творения. – М., 2000. С. 130.





написать администратору сайта